Жертвы поли­тики воров­ства детей, утвер­жден­ной дик­та­ту­рой Фран­сиско Франко, устро­или в пятницу мани­фе­ста­цию возле офиса гене­раль­ного про­ку­рора Испании. Они потре­бо­вали в полной мере рас­сле­до­вать кражу сотен ново­рож­ден­ных. Три орга­ни­за­ции, которые борются за права укра­ден­ных детей и их семей, доста­вили в про­ку­ра­туру петицию с под­пи­сями 89.666 человек. Все они требуют пре­кра­тить класть под сукно мно­го­чис­лен­ные частные запросы и вновь открыть дела, которые был закрыты, но не дове­дены до конца. Только в прошлом году было подано более 1.400 запро­сов, свя­зан­ных со слу­ча­ями, когда ново­рож­ден­ных мла­ден­цев заби­рали у матерей прямо в род­до­мах. "Мы пони­маем, что никто не повер­нет время вспять и не вернет часть нашей души, которую мы поте­ряли. Никто не сможет ничего ком­пен­си­ро­вать роди­те­лям, которые не видели, как растут их дочки и сыновья, или тем, кто не смог раз­де­лить свою жизнь с братом или сестрой", - говорит Соледад Луке Дель­гадо, пред­ста­ви­тель орга­ни­за­ции, подав­шей про­ше­ние в про­ку­ра­туру. - Но мы должны, по крайней мере, обрести покой в душе, узнав правду". Anadir, одна из трех орга­ни­за­ций, хода­тай­ству­ю­щих о рас­кры­тии правды об отнятых детях, считает, что в период дик­та­туры Франко (1939-1975) и до конца 1980-х годов было более 300.000 случаев лишения роди­те­лей их детей. Бес­че­ло­веч­ный указ был принят в 1940 году, именно тогда инсти­ту­там госу­дар­ствен­ной власти было раз­ре­шено заби­рать детей у живых роди­те­лей, если их "нрав­ствен­ное вос­пи­та­ние нахо­ди­лось в опас­но­сти". Именно так был сфор­му­ли­ро­ван закон. Этим же указом дик­тор­ский режим раз­ре­шал заби­рать детей у заклю­чен­ных в тюрьму членов левой оппо­зи­ции. Этих детей раз­ме­щали в приюты при раз­лич­ных като­ли­че­ских рели­ги­оз­ных орденах или отда­вали в "идео­ло­ги­че­ски пра­виль­ные" семьи. Таким образом Испанию пыта­лись очи­стить от марк­сист­ского влияния. Многих врачей, мед­се­стер и чинов­ни­ков, про­во­див­ших в эпоху Франко поли­тику лишения небла­го­на­деж­ных семей их детей, обви­ня­ются в том, что они про­дол­жали творить зло­де­я­ния и после смерти дик­та­тора и даже после воз­вра­ще­ния Испании к демо­кра­тии. Только со вре­ме­нем это стало биз­не­сом: детей за деньги пере­да­вали в семьи, где женщины были не в состо­я­нии родить. Матерям часто гово­рили, что их ребенок вне­запно умер через несколько часов после рож­де­ния и боль­ница поза­бо­тился о его захо­ро­не­нии, тогда как на самом деле, этих детей отда­вали или про­да­вали в другую семью.