Истина! - истина, пусть даже небеса обру­шатся на меня всей своей тяже­стью за любовь к ней; и никакой лжи, даже если вся небес­ная Обитель неги и празд­но­сти станет ценою моего отступ­ни­че­ства. Томас Кар­лейль, англий­ский пуб­ли­цист, философ, XIX век Из истории аме­ри­кан­ской пери­о­дики по делу Бла­ват­ской. Аме­ри­кан­ская пресса послед­ней чет­верти XIX сто­ле­тия извер­гала шквал немыс­ли­мых про­ти­во­ре­чий, не остав­ляя без вни­ма­ния ничего, что каса­лось истории фено­ме­нов. Вовле­чен­ная в широкий спектр сен­са­ций публика испы­ты­вала вполне понят­ную рас­те­рян­ность и была не в состо­я­нии отде­лить семена истины от тех плевел, что стре­ми­тельно запо­ло­няли газет­ные полосы. Наконец, в июле 1886 года "Boston Courier" сообщил о недо­воль­стве индий­ских пан­ди­тов (ученых), выска­зав­ших откро­вен­ное воз­му­ще­ние отчетом Лон­дон­ского обще­ства пси­хи­че­ских иссле­до­ва­ний, состав­лен­ным Р. Ходж­со­ном. Отчет также широко осве­щался СМИ, но, оче­видно, пре­взо­шел допу­сти­мые границы, если 70 человек из Нега­па­тамы высту­пили в защиту граж­данки Америки, вокруг имени которой рас­ка­ля­лись неслы­хан­ные страсти. А напи­сали они сле­ду­ю­щее: "Мы, ниже­под­пи­сав­ши­еся, были неска­занно удив­лены, прочтя "Отчет Лон­дон­ского Пси­хи­че­ского Обще­ства о тео­со­фии". Смеем заявить, что суще­ство­ва­ние Махатм никоим образом никем не измыш­лено. Наши пра­пра­деды, жившие задолго до рож­де­ния мадам Бла­ват­ской, имели полную веру в их пси­хи­че­ские силы, ибо знали их и с ними сооб­ща­лись…" Далее сле­до­вали заве­ре­ния, что имеется доста­точно сви­де­тельств дея­тель­но­сти Высших Существ, в суще­ство­ва­ние которых евро­пейцы верить отка­зы­ва­ются, и что Ричард Ходжсон своими пред­взя­тыми выво­дами лишь уве­ли­чи­вает и без того высокую степень неве­же­ства. Цитата: "…Р. Ходжсон со своим коми­те­том выка­зали великое неве­же­ство и пол­ней­шее незна­ние истории Индии и индусов; а за ними и пре­сло­ву­тое обще­ство для пси­хи­че­ских изыс­ка­ний совер­шило самую грубую ошибку,- не удо­вле­тво­рив ни в чем надежд, воз­ло­жен­ных на него мисти­ками". История на этом не закон­чи­лась, но спра­вед­ли­вость вос­тор­же­ство­вала лишь через 100 лет. В 1986 году то же Лон­дон­ское обще­ство пси­хи­че­ских иссле­до­ва­ний выпу­стило спе­ци­аль­ное пресс-ком­мю­нике для ведущих СМИ Вели­ко­бри­та­нии, Канады и США, где про­зву­чало оправ­да­ние извест­ной "аван­тю­ристки". И начи­на­лось оно словами: "Согласно новей­шим иссле­до­ва­ниям, госпожа Бла­ват­ская, соос­но­ва­тель­ница тео­соф­ского обще­ства, была осуж­дена неспра­вед­ливо…" Не всем оправ­да­ние это при­ш­лось по душе, хотя оче­видно: ядо­ви­тые стрелы и по сей день выпус­кают те, кто не выносит света истины. Поскольку истина всегда отно­си­тельна, нет смысла спорить о том, каков ее лик. Зато есть смысл разо­браться, почему Елена Бла­ват­ская высту­пала против исполь­зо­ва­ния тайных знаний в корыст­ных целях и отве­чала сокру­ши­тель­ными пуб­ли­ка­ци­ями на отвра­ти­тель­ную ложь рели­ги­оз­ных и научных дог­ма­тов (направ­лен­ную против истины абсо­лют­ной), загоняя пред­ста­ви­те­лей обеих сторон в откро­вен­ный тупик. Причина резо­нанса ясна: то, с чем при­ш­лось бороться Бла­ват­ской, каса­лось напря­мую созна­ния обще­ства, вме­ша­тель­ство в которое воз­ла­гало огром­ную ответ­ствен­ность, и не знать об этом Бла­ват­ская, есте­ственно, не могла. Кроме того, про­во­ди­мая ею работа тре­бо­вала знаний, сил, раз­лич­ных талан­тов и муже­ства. Тем же пита­лась ее любовь к истине, что привела к суж­ден­ному подвигу, рас­ска­зы­вая о котором био­графы вынуж­дены делить историю жизни Бла­ват­ской на несколько услов­ных пери­о­дов. Оста­но­вимся сегодня на третьем, послед­нем, охва­ты­ва­ю­щем ее жизнь в Америке, Индии и Европе, с 1873 по 1891 год. Известно о нем доста­точно, чтобы суметь сделать необ­хо­ди­мые выводы, но, прежде чем мы перей­дем к нашу­мев­шей истории с фено­ме­нами, обра­тимся к ее же статье, где заго­лов­ком вынесен насущ­ный вопрос: "Что есть истина?". В ней, помимо других рас­суж­де­ний, Бла­ват­ская пред­ла­гает назвать "место на планете, где Истина была бы почет­ным гостем, а ложь и при­твор­ство - непри­ка­ян­ными изгоями…". "Не сможешь, - заве­ряет она чита­теля. - Никто не сможет, если, конечно, не захочет внести свою лепту в огром­ное море лжи, зато­пив­шее ныне все области нацио­наль­ной и обще­ствен­ной жизни…" По нашему разу­ме­нию, это и есть ответ на вопрос, почему носи­тели истины, во все времена, под­вер­га­лись тяжким испы­та­ниям кле­ве­той, осуж­де­нию и изгна­нию. Что же каса­ется самой Елены Бла­ват­ской, то ей "бес­страш­ная" толпа при­пи­сы­вала не только измену мужу, бро­шен­ных детей и море любов­ни­ков, но также мошен­ни­че­ство, кражу и прочие глу­по­сти. Ко времени, когда раз­ра­зился извест­ный скандал вокруг "дела Бла­ват­ской", она уже была автором "Раз­об­ла­чен­ной Изиды" - имевшей оче­вид­ный успех, вопреки ее соб­ствен­ным ожи­да­ниям. Мно­го­чис­лен­ные пуб­ли­ка­ции, сде­лав­шие ее имя извест­ным широкой публике, вызы­вали нескон­ча­е­мый интерес у вос­тор­жен­ных чита­те­лей, так что обру­шав­ша­яся на нее клевета опре­де­ленно была на руку "иска­те­лям истины", исхо­див­шим неисто­вой зави­стью к фено­мену ее популяр­но­сти. Выходит, спра­вед­ливо суж­де­ние Бла­ват­ской в выше­упо­мя­ну­той нами статье: "…Кто в наш век готов воз­лю­бить истину ради нее самой? Много ли най­дется таких, кто готов искать, при­ни­мать и вопло­щать в жизнь истину в нашем обще­стве, где для дости­же­ния успеха необ­хо­димо забо­титься прежде всего о внешнем виде, а не о внут­рен­ней реаль­но­сти, и делать ставку на само­вос­хва­ле­ние, а не на под­лин­ные доб­ро­де­тели…" Несо­мненно, в основе предъ­яв­лен­ных ей обви­не­ний лежало глу­бо­чай­шее неве­же­ство тех, кто видел беспро­игрыш­ную воз­мож­ность поднять свой рейтинг фактами, добы­тыми из темного царства лжи. И надо при­знать, что Ходж­сон со своим нелепым отчетом был далеко не един­ствен­ным. По тому же пути пошли писа­тель Все­во­лод Соло­вьев, опуб­ли­ко­вав­ший уже после ухода из жизни Бла­ват­ской свою иезу­ит­скую книгу "Совре­мен­ная жрица Изиды", а также бывший член Тео­соф­ского Обще­ства, австрий­ский философ Рудольф Штайнер. Послед­ний, рас­тво­ря­ясь в лучах соб­ствен­ного величия, не просто пере­черк­нул свое тео­соф­ское прошлое, окле­ве­тав Бла­ват­скую и дело Обще­ства в целом, но и в пуб­лич­ных выступ­ле­ниях (в защиту идей антро­по­со­фии) замах­нулся на дело самих Учи­те­лей, поста­вив под сомне­ние сам факт Их суще­ство­ва­ния. Неле­пица, будто Бла­ват­ская выду­мала историю с Гима­лай­ским Брат­ством (кон­так­тов с которым она никогда не скры­вала) и навя­зала ее обще­ству, не может выдер­жать кон­ку­рен­ции с тем, что пред­став­ляют собой ее труды. Сегодня, как и тогда, в XIX веке, наука зада­ется нераз­ре­ши­мым для себя вопро­сом, - как можно было выду­мать то, что изло­жено в "Тайной Док­трине"? Ученые не исклю­чают веро­ят­ность того, что труд сей соста­вит основу науки буду­щего, но пока непо­сти­жи­мой для всех тайной оста­ется факт его напи­са­ния. Что ж, время решит и эту задачу, нужно просто набраться тер­пе­ния. А поскольку Высший Закон спра­вед­ли­во­сти многое рас­ста­вил по местам, и пуб­лич­ное изви­не­ние доктора Вернона Хар­ри­сона (экс­перта по под­ло­гам, при­знав­шего отчет Ходж­сона нена­уч­ным) поз­во­ляет с досадой гово­рить об упу­щен­ном времени, нет смысла терять его вновь. Настал момент рас­ска­зать о той необ­хо­ди­мо­сти, ради которой Бла­ват­ской при­ш­лось пройти сквозь насто­я­щий ад. Речь пойдет о ее ярост­ной борьбе с армией спи­ри­ту­а­ли­стов, навод­нив­ших про­стран­ство Америки в те далекие годы. И хотя всплеск оче­ред­ной волны в нынеш­нем сто­ле­тии вынес на берег новых люби­те­лей, нам не оста­ется ничего другого, как напом­нить об отчетах Тео­соф­ского Обще­ства, о работе его учре­ди­те­лей - пол­ков­ника Оль­котта и самой Бла­ват­ской. По заданию Махатм ей при­ш­лось вскры­вать чудо­вищ­ную правду о пси­хи­че­ском состо­я­нии обще­ства, кото­рому грозит неми­ну­е­мое рас­строй­ство в случае втор­же­ния мира мертвых в мир живых. И дабы вынести правду об этом чудо­вищ­ном явлении, описать все то, что имело место на спи­ри­ти­че­ских сеансах, Бла­ват­ская была вынуж­дена при­ни­мать в них участие. "Чем больше я бываю на спи­ри­ти­че­ских сеансах, в этой колы­бели, в этом рас­сад­нике спи­ри­тизма и меди­у­мов, - писала она, - тем больше убеж­да­юсь, насколько опасны они для чело­ве­че­ства. Поэты говорят о тонкой грани между двумя мирами. Никакой грани просто нет. Такого рода пере­го­родку выду­мали слепцы вслед­ствие того, что наши грубые, неук­лю­жие органы слуха, зрения не поз­во­ляют боль­шин­ству людей постичь раз­но­пла­но­вость бытия. К тому же Мать-Природа посту­пила мудро, наделив нас грубыми орга­нами чувств, ибо в про­тив­ном случае инди­ви­ду­аль­ность и лич­ность чело­века стали бы невоз­можны, потому что тогда мертвые посто­янно сме­ши­ва­лись бы с живыми, а живые упо­доб­ля­лись бы мертвым". Вера Жели­хов­ская, родная сестра Бла­ват­ской, после рас­ска­зы­вала, что "Елена Пет­ровна опи­сы­вала мно­же­ство сеансов, не скупясь на выра­же­ния ужаса в связи с теми зре­ли­щами, которые ей дово­ди­лось наблю­дать бла­го­даря своему ясно­ви­де­нию. Она заме­чала детали, скрытые от взоров других при­сут­ству­ю­щих: насто­я­щие втор­же­ния полчищ без­душ­ных остан­ков умерших, «пере­пле­те­ние плот­ских стра­стей, злобных мыслей, пороч­ных чувств, которые пере­жили тело»". А вот откро­ве­ние самой Бла­ват­ской: "Было страшно наблю­дать этот процесс! Это часто делало меня больной, у меня кру­жи­лась голова. Но мне надо было смот­реть. Един­ствен­ное, что можно было сделать, это держать эти отвра­ти­тель­ные суще­ства на рас­сто­я­нии от себя. Но сле­до­вало видеть, как спи­ри­ту­а­ли­сты при­вет­ство­вали эти тени! Они плакали и радо­ва­лись вокруг медиума, который был весь покрыт этими мате­ри­а­ли­зо­вав­ши­мися тенями. Но мое сердце часто обли­ва­лось кровью. Я часто думала: "Если бы они могли видеть то, что вижу я! Если бы они только знали, как с их помощью воз­рож­да­лись непре­одо­лен­ные страсти и земные мысли ушедших людей". Бла­ват­ская отправ­ляла статью за статьей в аме­ри­кан­ские журналы, опи­сы­вая в мель­чай­ших подроб­но­стях опас­ность меди­у­мизма, явления, которым сильно зло­упо­треб­ляли спириты. И все же нахо­ди­лись те, кто эту небла­го­дар­ную, фак­ти­че­ски грязную работу при­ни­мал за суть дея­тель­но­сти, идею Тео­соф­ского Обще­ства. Многие рас­суж­дали о при­стра­стии Бла­ват­ской к спи­ри­тизму, ко всякого рода сомни­тель­ным вещам, не имея понятия об истин­ном соот­но­ше­нии между оккульт­ными науками и поня­тием-пере­жит­ком, извест­ным как "оккуль­тизм", внося оче­ред­ную нераз­бе­риху в и без того непро­стую ситу­а­цию. До послед­него дня своей жизни уро­женка Ека­те­ри­но­слава (ныне - Дне­про­пет­ровск), иско­ле­сив­шая мир во имя блага всего чело­ве­че­ства, оста­ва­лась верной слугой своей един­ствен­ной любви, не изменяя ей ни при каких обсто­я­тель­ствах, муже­ственно пере­нося любые нападки. То была чистая, ничем не истре­би­мая любовь к истине! И как верный вестник ее, Бла­ват­ская несла в мир Знание, полу­чен­ное в Ашраме Гима­лай­ских Учи­те­лей - неис­чер­па­е­мом источ­нике Света! Зна­че­ние этих Знаний, доселе дев­ствен­ной страны оккульт­ного - сокро­вен­ного - мира природы, пере­оце­нить невоз­можно.